Главная » Статьи » Мои статьи

Б.С. Житков. Беспризорная кошка

Беспризорная кошка.

    Я жил на берегу моря и ловил рыбу. У меня была лодка, сетки и разные удочки. Перед домом стояла будка, и на цепи огромный пёс. Мохнатый, весь в чёрных пятнах, - Рябка. Он стерёг дом. Кормил я его рыбой. Я работал с мальчиком, и кругом на три версты никого не было. Рябка так привык, что мы с ним разговаривали, и очень простое они понимал. Спросишь его: «Рябка, где Володя?» Рябка хвостом завиляет и повернёт морду, куда Володька ушёл. Воздух носом тянет, и всегда верно. Бывало, придёшь с моря ни с чем, а Рябка ждёт рыбы. Вытянется на цепи, подвизгивает.

    Обернёшься к нему и скажешь сердито:

 - Плохи наши дела, Рябка! Вот как…

    Он вздохнёт, ляжет и положит лапы на голову. Уж и не просит, понимает.

    Когда я надолго уезжал в море, я всегда Рябку по спине трепал и уговаривал, чтобы хорошо стерёг. И вот хочу отойти от него, а он встанет на задние лапы, натянет цепь и обхватит меня лапами. Да так крепко – не пускает. Не хочет долго один оставаться: и скучно, и голодно.

    Хорошая была собака!

                                                     ***

    А вот кошки у меня не было, и мыши одолевали. Сетки развесишь, так они в сетки залезут, запутаются и перегрызут нитки, напортят. Я их находил в сетках – запутается другая и попадётся. И дома всё крадут, что ни положи.

    Вот я и пошёл в город. Достану, думаю, себе весёленькую кошечку, она мне всех мышей переловит, а вечером на коленях будет сидеть и мурлыкать. Пришёл в город. По всем дворам ходил – ни одной кошки. Ну нигде!     

    Я стал у людей спрашивать:

 - Нет ли у кого кошечки? Я даже деньги заплачу, дайте только.

    А на меня сердиться стали:

 - До кошек ли теперь? Всюду голод, самим есть нечего, а тут котов корми.

    А один сказал:

 - Я бы сам кота съел, а не то чтобы его, дармоеда, кормить!

    Вот те и на! Куда же это все коты девались? Кот привык жить на готовеньком: нажрался, накрал и вечером на тёплой плите растянулся. И вдруг такая беда! Печи не топлены, хозяева сами чёрствую корку сосут. И украсть нечего. Да и мышей в голодном доме тоже не сыщешь.

    Перевелись коты в городе…А каких, может быть, и голодные люди приели. Так ни одной кошки и не достал.

 

    Настала зима,  и море замёрзло. Ловить рыбу стало нельзя. А у меня было ружьё. Вот я зарядил ружьё и пошёл по берегу. Кого-нибудь подстрелю: на берегу в норах жили дикие кролики.

    Вдруг, смотрю, на месте кроличьей норы большая дырка раскопана, как будто бы ход для большого зверя. Я скорее туда.

    Я присел и заглянул в нору. Темно. А когда пригляделся, вижу: там в глубине два глаза светятся.

    Что, думаю, за зверь такой завёлся?

    Я сорвал хворостинку, и в нору. А оттуда как зашипит!

    Я назад попятился. Фу ты! Да это кошка!

    Так вот куда кошки из города переехали!

    Я стал звать:

 - Кис-кис! Кисонька! – и просунул руку в нору.

    А кисонька как заурчит, да таким зверем, что я и руку отдёрнул. Ну тебя, какая ты злая!

    Я пошёл дальше и увидел, что много кроличьих нор раскопано. Это кошки пришли из города, раскопали пошире кроличьи норы, кроликов выгнали и стали жить по-дикому.

 

    Я стал думать, как бы переманить кошку к себе в дом. Вот раз я встретил кошку на берегу. Большая, серая, мордастая. Она, как увидела меня, отскочила в сторону и села. Злыми глазами на меня глядит. Вся напружилась, замерла, только хвост вздрагивает. Ждёт, что я буду делать.

    А я достал из кармана корку хлеба и бросил ей. Кошка глянула, куда корка упала, а сама ни с места. Опять на меня уставилась.

Я обошёл стороной и оглянулся: кошка прыгнула, схватила корку и побежала к себе домой, в нору.

    Так мы с ней часто встречались, но кошка никогда меня к себе не подпускала. Раз в сумерки я её принял за кролика и хотел уже стрелять.

 

    Весной я начал рыбачить, и около моего дома запахло рыбой. Вдруг слышу – лает мой Рябчик. И смешно как-то лает: бестолково, на разные голоса, и повизгивает. Я вышел и вижу: по весенней траве не торопясь шагает к моему дому большая серая кошка. Я сразу её узнал. Она нисколько не боялась Рябчика, даже не глядела на него, а выбирала только, где бы ей посуше ступить. Кошка увидала меня, уселась и стала глядеть и облизываться. Я скорее побежал в дом, достал рыбёшку и бросил.

    Она схватила рыбу и прыгнула в траву. Мне с крыльца было видно, как она стала жадно жрать. Ага, думаю, давно рыбы не ела.

    И стала с тех пор кошка ходить ко мне в гости.

    Я всё её задабривал и уговаривал, чтобы перешла ко мне жить. А кошка всё дичилась и близко к себе не подпускала. Сожрёт рыбу и убежит. Как зверь.

    Наконец мне удалось её погладить, и зверь замурлыкал. Рябчик на неё не лаял, а только тянулся на цепи, скулил: ему очень хотелось познакомиться с кошкой.

    Теперь кошка целыми днями вертелась около дома, но жить в дом не хотела идти.

    Один раз она не пошла ночевать к себе в нору, а осталась на ночь у Рябчика в будке. Рябчик совсем сжался в комок, чтобы дать место.

 

Рябчик так скучал, что рад был кошке.

    Раз шёл дождь. Я смотрю из окна – лежит Рябка в луже около будки, весь мокрый, а в будку не лезет.

    Я вышел и крикнул:

 - Рябка! В будку!

    Он встал, конфузливо помахал хвостом. Вертит мордой, топчется, а в будку не лезет.

    Я подошёл и заглянул в будку. Через весь пол важно растянулась кошка. Рябчик не хотел лезть, чтобы не разбудить кошку, и мок под дождём.

    Он так любил, когда кошка приходила к нему в гости, что пробовал её облизывать, как щенка. Кошка топорщилась и встряхивалась.

    Я видел, как Рябчик лапками удерживал кошку, когда она, выспавшись, уходила по своим делам.

 

    А дела у ней были вот какие.

    Раз слышу – будто ребёнок плачет. Я выскочил, гляжу: катит Мурка с обрыва. В зубах у ней что-то болтается. Подбежал, смотрю – в зубах у Мурки крольчонок. Крольчонок дрыгал лапками и кричал, совсем как маленький ребёнок. Я отнял его у кошки. Обменял у ней на рыбу. Кролик выходился и потом жил у меня в доме. Другой раз я застал Мурку, когда она уже доедала большого кролика. Рябка на цепи издали облизывался.

    Против дома была яма с пол-аршина глыбины. Вижу из окна: сидит Мурка в яме, вся в комок сжалась, глаза дикие, а никого кругом нет. Я стал следить.

    Вдруг Мурка подскочила – я мигнуть не успел, а она уже рвёт ласточку. Дело было к дождю, и ласточки реяли у самой земли. А в яме в засаде поджидала кошка. Часами сидела она вся на взводе, как курок: ждала, пока ласточка чиркнет над самой ямой. Хап! – и цапнет лапой на лету.

    Другой раз я застал её на море. Бурей выбросило на берег ракушки. Мурка осторожно ходила по мокрым камням и выгребала лапой ракушки на сухое место. Она их разгрызала, как орехи, морщилась и выедала слизняка.

 

    Но вот пришла беда. На берегу появились беспризорные собаки. Они целой стаей носились по берегу, голодные, озверелые. С лаем, с визгом пронеслись они мимо нашего дома. Рябчик весь ощетинился, напрягся. Он глухо ворчал и зло смотрел. Володька схватил палку, а я бросился в дом за ружьём. Но собаки пронеслись мимо, и скоро их не стало слышно.

    Рябчик долго не мог успокоиться: всё ворчал и глядел. Куда убежали собаки. А Мурка хоть бы что: она сидела на солнышке и важно мыла мордочку.

    Я сказал Володе:

 - Смотри, Мурка-то ничего не боится. Прибегут собаки – она прыг на столб и по столбу на крышу.

    Володя говорит:

 - А Рябчик в будку залезет и через дырку отгрызётся от всякой собаки. А я в дом запрусь. Нечего бояться.

    Я ушёл в город.

 

А когда вернулся, то Володька рассказал мне:

 - Как ты ушёл, часу не прошло, вернулись дикие собаки. Штук восемь. Бросились на Мурку. А Мурка не стала убегать.

    У ней под стеной, в углу, ты знаешь, кладовая. Она туда зарывает объедки. У ней уж много там накоплено. Мурка бросилась в угол, зашипела, привстала на задние лапы и приготовила когти. Собаки сунулись, трое сразу. Мурка так заработала лапами – шерсть только от собак полетела. А они визжат, воют и уж одна через другую лезет, сверху карабкаются все к Мурке, к Мурке!

 - А ты чего смотрел?

 - Да я не смотрел. Я скорее в дом, схватил ружьё и стал молотить изо всей силы по собакам прикладом, прикладом. Всё в кашу замешалось. Я думал, от Мурки клочья одни останутся. Я уж тут бил по чём попало. Вот, смотри, весь приклад поколотил. Ругать не будешь?

 - Ну, а Мурка-то, Мурка?

 - А она сейчас у Рябки. Рябка её зализывает. Они в будке.

    Так и оказалось. Рябка свернулся кольцом, а в середине лежала Мурка. Рябка её лизал и сердито поглядел на меня. Видно, боялся, что я помешаю – унесу Мурку.

 

    Через неделю Мурка совсем оправилась и принялась за охоту.

    Вдруг ночью мы проснулись от страшного лая и визга.

    Володька выскочил, кричит:

 - Собаки, собаки!

    Я схватил ружьё и, как был, выскочил на крыльцо.

    Целая куча собак возилась в углу. Они так ревели, что не слыхали, как я вошёл.

    Я выстрелил в воздух. Вся стая рванулась и без памяти кинулась прочь. Я выстрелил ещё раз вдогонку. Рябка рвался на цепи, дёргался с разбега, бесился, но не мог порвать цепи: ему хотелась броситься вслед собакам.

    Я стал звать Мурку. Она урчала и приводила в порядок кладовую: закапывала лапкой разрытую ямку.

    В комнате при свете я осмотрел кошку. Её сильно покусали собаки, но раны были неопасные.

 

    Я заметил, что Мурка потолстела, - у ней скоро должны были родиться котята.

    Я попробовал оставить её на ночь в хате, но она мяукала и царапалась, так что пришлось её выпустить.

    Беспризорная кошка привыкла жить на воле и ни за что не хотела идти в дом.

    Оставлять так кошку было нельзя. Видно, дикие собаки повадились к нам бегать. Прибегут, когда мы с Володей будем в море, и загрызут Мурку совсем. И вот мы решили отвезти Мурку подальше и оставить жить у знакомых рыбаков. Мы посадили с собой в лодку кошку и поехали морем.

    Далеко, за пятьдесят верст от нас, увезли мы Мурку. Туда собаки не забегут. Там жило много рыбаков. У них был невод. Они каждое утро и каждый вечер завозили невод в море и вытягивали его на берег. Рыбы у них всегда было много. Они очень обрадовались, когда мы привезли им Мурку. Сейчас же накормили её рыбой до отвала. Я сказал, что кошка в дом жить не пойдёт и что надо для неё сделать нору, - это не простая кошка, она из беспризорных и любит волю. Ей сделали из камыша домик, и Мурка осталась стеречь невод от мышей.

    А мы вернулись домой. Рябка долго выл и плаксиво лаял; лаял и на нас: куда мы дели кошку?

    Мы долго не были на неводе и только осенью собрались к Мурке.

 

    Мы приехали утром, когда вытягивали невод. Море было совсем спокойное, как вода в блюдце. Невод уж подходил к концу, и на берег вытащили вместе с рыбой целую ватагу морских раков – крабов. Они, как крупные пауки, ловкие, быстро бегают и злые. Они становятся на дыбы и щёлкают клешнями: пугают. А если ухватят за палец, так держись: до крови. Вдруг я смотрю: среди всей этой кутерьмы спокойно идёт наша Мурка. Она ловко откидывала крабов с дороги. Подцепит его лапой сзади, где он достать её не может, и швырк прочь. Краб встаёт на дыбы, пыжится, лязгает клешнями, как собака зубами, а Мурка и внимания не обращает, отшвырнёт, как камешек.

    Четыре взрослых котёнка следили за ней издали, но сами боялись и близко подойти к неводу. А Мурка залезла в воду, вошла по шею, только голова одна из воды торчит. Идёт по дну лапами, а от головы вода расступается.

    Кошка лапами нащупывала на дне мелкую рыбёшку, что уходила из невода. Эти рыбки прячутся на дно, закапываются в песок – вот тут-то их и ловила Мурка. Нащупает лапкой, подцепит когтями и бросает на берег свои детям. А они совсем уж большие коты были, а боялись и ступить на мокрое. Мурка им приносила на сухой песок живую рыбу, и тогда они жрали и зло урчали. Подумаешь, какие охотники!

 

Рыбаки не могли нахвалиться Муркой.

 - Ай да кошка! Боевая кошка! Ну а дети не в мать пошли. Балбесы и лодыри. Рассядутся, как господа, и всё им в рот подай. Вон, гляди, расселись как! Чисто свиньи. Ишь развалились. Брысь, поганцы!

    Рыбак замахнулся, а коты и не шевельнулись.

 - Вот только из-за мамаши и терпим. Выгнать бы их надо.

    Коты так обленились, что им лень было играть с мышью.

 

Я раз видел, как Мурка притащила им в зубах мышь. Она хотела их учить, как ловить мышей. Но коты лениво перебирали лапами и упускали мышь. Мурка бросалась вдогонку и снова приносила им. Но они и смотреть не хотели: валялись на солнышке по мягкому песку и ждали обеда, чтоб без хлопот наесться рыбьих головок.

 - Ишь мамашины сынки! – сказал Володька и бросил в них песком. – Смотреть противно. Вот вам!

    Коты тряхнули ушами и перевалились на другой  бок.

    Лодыри!

Категория: Мои статьи | Добавил: koshki-cats (19.10.2008) | Автор: Алиса
Просмотров: 1339 | Комментарии: 3 | Рейтинг: 5.0/2 |
Всего комментариев: 2
0
2 Андрей   [Материал]
Интересно, знает ли кто-нибудь как дальше проходила жизнь этой кошки?

0
1 Неля   [Материал]
Класс)))))Теперь это мой любимый рассказ)))) biggrin biggrin biggrin biggrin biggrin biggrin biggrin

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Copyright MyCorp © 2020